Концепция Иркутской агломерации: полюса роста национального уровня (народонаселенческий аспект)

Цель развития Иркутской агломерации — создание центра в Восточной Сибири, способного привлечь население и, за счет этого, существенно снизить темпы депопуляции. Достижение данной цели в значительной степени зависит от успешного решения широкого круга задач социально-экономического, транспортно-логистического, урбанизационного, жилищного, здравоохранительного и миграционно-натурализационного развития, а также принятия мер в различных областях российской политики

Настоящая Концепция разработана в соответствии с техническим заданием и является "базовым" или первичным документом, на основе которого целесообразно сформировать План мероприятий по ознакомлению с положениями Концепции региональных экспертов, представителей общественности и лиц, принимающих решения.

Представленный документ выработан на основе отечественного и зарубежного опыта, результатов проведенных полевых исследований и применения методов прогнозирования. Выводы и предложения, сделанные в документе, способны обеспечить принятие своевременных управленческих решений по развитию Иркутской агломерации.

Настоящая Концепция является научно-экспертным, неведомственным документом, в силу чего в ней рассмотрены различные сценарии развития, содержатся дискуссионные положения и выражены критические замечания к различным аспектам проводимой в стране политики:  региональным, муниципальным, градостроительным, демографическим и миграционным.

I. Оценка сложившейся ситуации

Население Иркутской агломерации[1] фактически завершило свой рост к началу 1990-х гг., так и не достигнув 1 млн. человек, а с 2000 г . оно медленно сокращается. Однако уже несколько десятилетий подряд население области концентрируется в агломерации: если в 1959 г . в городах и районах, входящих в нее, проживало 29,4% населения области, то на начало 2006 г . — 38,1%. Именно города агломерации оказались способными выстоять в условиях мощного западного дрейфа[2].

Демографическая ситуация в городах агломерации теснейшим образом связана с ситуацией в области и России в целом, т.к. находится под влиянием схожих по природе процессов. Кроме того, население области следует в перспективе рассматривать как возможное население агломерации: это естественный ресурс ее развития.

Как и страна в целом, Иркутская агломерация развивалась в условиях депопуляции с 1992 г .: число умерших ежегодно превышало число родившихся на 2-4 тыс. человек. Однако сокращение численности населения не было большим. Происходило это благодаря миграции, в том числе притоку молодежи в наиболее активных репродуктивных возрастах, что в 1992-2005 гг. компенсировало естественную убыль населения на три четверти.

Ситуация в области рождаемости в агломерации, как и во всей Иркутской области, всегда была немного более благоприятной, чем по стране в целом, прежде всего, благодаря более молодой возрастной структуре населения. К настоящему времени рождаемость в Иркутской области, находясь в русле общероссийских тенденций, опустилась существенно ниже уровня, обеспечивающего простое воспроизводство населения (1,4-1,5 рождений на женщину при необходимых 2,1-2,2). Небольшое увеличение числа родившихся в 2006-м и первой половине 2007-го года пока не позволяет быть уверенными в смене тенденции. Рассчитывать на стабильный рост этого показателя и, в перспективе, на достижение уровня простого или даже расширенного воспроизводства населения, пока оснований нет. Серьезным ограничителем роста рождаемости в будущем будет сокращение числа женщин наиболее активных репродуктивных возрастов, которое начнется после 2010 года.

Ситуация со смертностью в Иркутской области существенно хуже, чем в стране в целом. Ожидаемая продолжительность жизни ниже среднероссийского уровня у мужчин на 3,5-5,5 лет, а женщин — на 2,5-3,5 года. Этот показатель ниже только в странах Африки к югу от Сахары. Позитивная динамика младенческой смертности не способна серьезно повлиять на рост продолжительности жизни населения и общую ситуацию с высокой смертностью.

От внешних, предотвратимых причин, в Иркутской области умирают в 1,55 раза чаще, чем в среднем по стране, в т.ч. от самоубийств — в 1,7 раза. Остро стоят проблемы высокой алкоголизации и распространения наркомании. Неблагоприятна ситуация с инфекционной и паразитарной заболеваемостью. Высокая распространенность ВИЧ/СПИДа в будущем серьезно осложнит ситуацию со смертностью. Самая острая проблема — сверхсмертность мужчин молодых возрастов — в Иркутской области стоит еще острее, чем в стране в целом.

Даже во времена увеличения численности населения России крупные города росли почти исключительно за счет притока извне. Несмотря на то, что миграция в 1990-е годы позволила компенсировать существенную долю потерь населения агломерации вследствие депопуляции, в последние годы ее динамика также является негативной. Существенно сократились переезд на ПМЖ мигрантов из стран СНГ, а также миграция в города агломерации из восточных регионов страны — традиционных миграционных "доноров" Иркутской области. Сохраняет свою силу отток населения, прежде всего молодежи, в крупные города Сибири и Европейской части страны. Привлечение временных трудовых мигрантов из стран СНГ и дальнего зарубежья способно на сегодняшний день решить проблему нехватки рабочих рук в отдельных отраслях хозяйства, но отсутствие продуманной политики как на федеральном, так и на региональном уровне в области интеграции и адаптации мигрантов, пока не позволяет рассматривать их как органичную часть населения агломерации.

Иркутская область и, прежде всего, города агломерации сталкиваются с конкуренцией за мигрантов с другими регионами страны: как с соседним Красноярским краем, так и с расположенными далеко на западе страны Московской и Питерской агломерациями. До настоящего времени агломерации удавалось противостоять этой конкуренции, однако в будущем с обострением нехватки трудовых ресурсов в стране в целом, ситуация может серьезно обостриться.

Старение населения, не обошедшее стороной ни один из российских регионов, предопределяет негативную динамику процессов воспроизводства населения в будущем, возрастание демографической нагрузки на население в трудоспособном возрасте. В городах и районах Иркутской агломерации эти процессы несколько сглаживаются благодаря миграции молодого населения в основном из других районов и городов области, а также некоторых соседних регионов. Несмотря на сравнительно невысокие показатели рождаемости, почти 30% жителей Иркутской агломерации — молодежь в возрасте 15-29 лет (значительная доля из них приезжает получать образование в вузах и ссузах Иркутска и Ангарска). В условиях перспективной нехватки трудовых ресурсов способность агломерации притягивать молодое население повышает ее конкурентоспособность и служит одним из основных источников ее развития.

Демографические прогнозы сулят Иркутской области и развивающейся агломерации серьезные проблемы, связанные с более быстрым, чем в стране в целом, сокращением населения. Если не удастся переломить тенденцию с высокой смертностью и, прежде всего, с оттоком населения в регионы Европейской части страны, население агломерации будет убывать на 5-10 тыс. человек ежегодно, и к 2025 г . не превысит 850 тыс. человек. Наиболее быстрыми темпами будут сокращаться контингенты молодежи, а также лиц трудоспособных возрастов. Чтобы этого не произошло, агломерация должна продолжать концентрировать население области примерно теми же темпами, как и последние 15 лет.

В Российской Федерации трудовые ресурсы становятся все более дефицитным и, следовательно, дорогим товаром. Именно такая картина складывается в пределах Иркутской агломерации: при том, что ее доля в занятости составляет 45%, в агломерации проживает лишь 28% населения Иркутской области в трудоспособном возрасте. Это показывает, что уже сейчас трудоресурсный баланс агломерации — напряженный.

Для Иркутской агломерации и области в целом свойственна структурная безработица, которая, при очевидной потребности в кадрах традиционных отраслей (индустриальные профессии) и сферы профессиональных услуг, имеет значимые размеры.

Совместный анализ динамики численности населения и его половозрастной структуры однозначно свидетельствуют, что уже в ближайшие годы дефицит рабочей силы в пределах Иркутской агломерации существенно обострится.

Пополнение трудовых ресурсов уже сейчас осуществляется за счет использования иностранной рабочей силы, привлекаемой в рамках ежегодно утверждаемых квот. Ряд отраслей экономики (прежде всего, строительство) серьезно зависят от труда иностранных работников, привлечение которых экономически целесообразно не только по причине относительной дешевизны и нетребовательности к условиям труда, но и, порой, высокой производительности. В перспективе эта зависимость может только усиливаться, т.к. численность трудоспособного населения будет сокращаться, а проблема непрестижности рабочих профессий среди молодежи вызовет резкую нехватку специалистов низкой и средней квалификаций.

Необходимо понимать, что в случае отсутствия притока населения из других стран придется осуществить ревизию программ экономического и социального развития, разработать планы сжатия ареалов расселения и хозяйственной деятельности. В условиях долгосрочного сокращения рабочей силы обеспечивать рост экономики региона будет чрезвычайно проблематично, следовательно, будут ограничены и финансовые возможности повышения уровня жизни населения агломерации и всего региона.

Сложившуюся в Иркутской области систему расселения вряд ли можно считать чисто моноцентрической. Вполне значимым дополнением системы расселения на севере области служит Братск. Но даже вместе Иркутская агломерация и Братск с Усть-Илимском не справляются с обслуживанием всей "подведомственной" территории. Значительная часть северных территорий области тяготеет к Красноярскому краю. Некоторые отдаленные ареалы находятся вне зоны влияния обеих суб-столиц. Сложившаяся система расселения не позволяет властям качественно выполнять свою ключевую функцию обеспечения населения доступом к инфраструктурам развития.

Очевидный кризис системы расселения характеризуется растущим числом неперспективных населенных пунктов, увеличивающейся разреженностью поселенческой сети и упрощением ее конфигурации; он усиливает первоначально слабую заселенность региона, низкий уровень развития транспортной инфраструктуры и сложные природные условия. Другими словами, в области свёртывается и упрощается система расселения, что сопровождается ухудшением качества жизни части населения. Данные проблемы вскоре могут стать основной территориальной "бедой" не только Иркутской области, но и большинства регионов страны в целом. Это означает, что, решив развивать агломерацию, необходимо принять меры компенсации негативных социально-географических последствий, и не в последнюю очередь — для системы расселения.

II. Сценарии развития ситуации

Сконцентрируем бесконечную вариативность развития ситуации, сложившейся в регионе и стране в целом, в рамках трех сценариев.

Сценарий 1 — "что в последние годы делалось, то и продолжает делаться". Система расселения, сложившаяся в годы индустриального освоения Восточной Сибири, постепенно разрушается под воздействием депопуляции и западного дрейфа. "Проплешины" антропопустынь разрастаются. Население дряхлеет и продолжает спиваться, заболевания не отступают, качество жизни все больше отстает от образцов, демонстрируемых регионами/городами Европы, Северной Америки и даже АТР. Немногочисленная молодежь, получив образование, стремиться покинуть Иркутскую область.

В час "Х" оставшегося населения не хватит даже для поддержания ключевых транспортных инфраструктур, проходящих по территории области, что, в силу геополитического положения региона, будет означать потерю связности страны в целом. В то же время концентрация населения в окружающих регионах Центральной Азии и Дальнего Востока достигает критических величин. В определенный момент еще возможная сегодня политика масштабной иммиграции с последующей интеграцией и натурализацией нового населения становится невозможной в силу нехватки управленческих и иных ресурсов и непреодолимой рыхлости поселенческого каркаса принимающего сообщества. Федеральное правительство прибегает к иностранной помощи для решения задачи освоения природных ресурсов Восточной Сибири. Более энергичные и многочисленные народы привносят на территорию Сибири собственные стандарты освоения, что со временем приводит к частичной или полной утрате на этой территории российского суверенитета.

Сценарий 2 — "организованное отступление с наименьшими потерями". Депопуляция неизбежна. Стране (и Сибири в частности) необходимо научиться жить в логике как минимум полувекового демографического сжатия. В такой ситуации бессмысленно пытаться удержать все освоенное индустриальным способом в советский период пространство, необходимо делать ставки, необходимо чем-то жертвовать ради сохранения целого, например, числом населенных пунктов, ради получения нового качества жизни в оставшихся.

В Сибири возможно удержаться ареалами-форпостами. В современных условиях Иркутская агломерация — суть геоэкономический форпост России в Восточной Сибири. Это самый крайний нео-миллионник, и в этом статусе он должен быть не просто сохранен, но качественно развит.

При втором сценарии заселенность будет сокращаться в большинстве районов области, и в некоторых — достаточно быстро, но в самой агломерации возможно поддержание стабильной численности населения (скорее всего, с плавным снижением). Агломерация в данном случае для жителей области (и части окружающих регионов) исполнит роль Москвы, т.е. станет реальной альтернативой выезду (читай, бегству) за границу.

Данный сценарий не сулит немедленных и масштабных успехов, но при нем темпы естественной убыли снизятся, а сальдо миграции приблизится к нулевой отметке (при сохранении некоторой неустойчивости процесса). Повысится качество рабочей силы, но несущественно. Агломерация сохранит свою конкурентоспособность, в т.ч. на миграционном "рынке".

Сценарий не гарантирует головокружительного успеха, но дает шанс, в т.ч. политической элите региона, на "долголетие".

Сценарий 3 — "формирование площадки нового освоения". Данный сценарий возможен исключительно за счет слаженных сверхусилий властей, бизнеса и жителей агломерации при масштабной поддержке федерального центра и с опорой на международную кооперацию.

России XXI века нужны образцовые территории, способные генерировать новые стандарты качества жизни и тем самым противостоять размывающему действию западного дрейфа и энтропии депопуляции. России нужны центры, способные к масштабной социокультурной переработке пришлого населения. Центры, сильные настолько, что не испугаются ни высокой доли иммигрантов в своем составе, ни высокой пространственной мобильности коренного населения.

Третий сценарий предполагает качественное улучшение существующих тенденций демографического развития. Достижение уровня рождаемости в 1,7-1,8 рождений на женщину репродуктивного возраста уже в среднесрочной перспективе. Рост продолжительности жизни (и снижение уровня смертности) сначала хотя бы до среднероссийского уровня, а затем до уровня стран Восточной Азии. Ежегодное привлечение постоянных мигрантов (от 15 тыс.) при максимальном снижении миграционных потерь за счет уменьшения выезда собственного населения в другие регионы и страны. Привлечение временной рабочей силы в объемах и сроках, необходимых для экономики агломерации. Остановка процесса утечки умов, включение научных центров Иркутска в международную кооперативную сеть, способствующую циркуляции умов, т.е. равномерному и справедливому (взаимовыгодному) перераспределению высококвалифицированных специалистов и талантливой молодежи. Создание новой городской среды и специальных "средовых (градостроительных) ловушек" для талантливой и высокомобильной молодежи.

Только при таких показателях агломерация сохранит стабильную численность населения в размере чуть больше миллиона человек и сможет при желании ее частично нарастить.

Но для осуществления третьего сценария необходимо кардинально изменить образ мыслей и базовые паттерны населения, нужно завершить только начатую (с опозданием на полвека) фитнес-революцию[3], изменить отношение населения к своему здоровью, а это в России связано с новыми жизнеутверждающими смыслами. Иначе говоря, стране нужна своего рода культурная революция.

III. В защиту агломерации

В условиях долговременной депопуляции и обострения конкуренции за ресурсы между городами и регионами Российской Федерации, стимулируемое властями ускоренное развитие полюсов роста (в рамках общестрановой региональной политики) становится адекватным ответом на существующие вызовы. Агломерации, в силу своих масштабов и разнообразия действующих в них сил, являются благодатным объектом активной созидательной деятельности властей.

Преимущества большого города и в ещё большей степени агломерации особенно отчётливо проявляются в пределах РФ с её низкой плотностью населения, слабой транспортной связностью и пониженной мобильностью населения.

Оптимальный (т.е. обеспечивающий наивысшее качество жизни населения) размер города/агломерации в России больше, чем в странах Европейского Союза. Доступность и разнообразие большинства услуг намного выше в пределах агломерации с её ёмким внутренним рынком и развитой инфраструктурой транспорта и связи. Агломерация обеспечивает разнообразие в отраслевой и профессиональной структуре занятости, в образовании, культуре, спорте, что повышает притягательность агломерационного пространства для коренного и пришлого населения. Агломерация открывает (хотя и не гарантирует) саму возможность включения акторов развития города в глобальный обмен.

С точки зрения географа или архитектора, Иркутская агломерация давно сложилась, ее границы неплохо просматриваются на топографических картах и космических снимках. Плотность и качество жизни её населения в среднем значительно выше, чем в не-агломерационном пространстве области. В то же время степень ее внутренней связности невелика. Все ее муниципальные ячейки, включая город Иркутск, более озабочены "сохранением собственной независимости", чем кооперацией в рамках совместного развития. До сих пор у региональных властей не было специальной политики в отношении агломерации, и в ней доминировали мощные процессы самоорганизации. В повестке дня — сознательная властная интервенция в естественные процессы агломерирования и регионального развития.

Однако существуют опасения, что такая интервенция, благоприятная для развития Иркутской агломерации, может иметь негативные последствия для соседних территорий. Усиливающаяся агломерация как пылесос вытянет население и иные ресурсы развития у более слабых соседей (Бурятии и Читинской области), а также у не-агломерированной части области.

Приходится констатировать, что в условиях отсутствия официальной доктрины (стратегии) территориального устройства страны, оформленной в рамках федеральной региональной политики, стимулирование ускоренного развития Иркутской агломерации может привести к ухудшению положения ряда окружающих ее ареалов, уже и так находящихся в кризисном состоянии[4].

Ситуация на восточных окраинах России такова, что необходимы чрезвычайные, решительные меры. В рамках новой пространственной доктрины федерации предполагается вначале путем максимальной концентрации ресурсов сложить новый "остов" связанных между собой опорных регионов, а уже затем, вторым шагом, нарастить "мускульную мощь" прилегающих территорий. Стране необходимы центры, генерирующие инновации и воспроизводящие стандарты, необходима связанность их между собой и с мировыми центрами развития. И только после этого можно будет запустить политику распространения (тиражирования) новых стандартов освоения и организации жизни на все окружающее пространство.

Иркутск, де-факто выбранный в качестве полюса роста второго уровня (1-й — это две российские столицы) для опорного развития части Восточной Сибири и Забайкалья, без сомнения столкнётся с конкуренцией других крупных центров на востоке страны и в РФ в целом. Это будет конкуренция за население, трудовые ресурсы, рынки, инвестиции, преференции центра, ареалы и сферы влияния. Ускоренное скоординированное развитие Иркутской агломерации способно намного повысить конкурентоспособность создаваемого полюса ("точки роста")[5].

Эта задача может быть достигнута за счёт создания урбанизированных объектов крупно-городской застройки (создающей ощущение мирового города), возникновения ультрасовременных деловых центров из стекла, металла и плазменных экранов (down-town), роста двухэтажной, экологически привлекательной субурбии, взрывного расширения возможностей на рынке труда, улучшения транспортной связности всей территории агломерации, роста предложений со стороны малого бизнеса, формирующего в индустриальном городе "человеческую среду обитания", улучшения имиджа агломерации.

С точки зрения занятости населения более глубокая интеграция локальных рынков труда в рамках агломерации будет явлением сугубо положительным. Увеличение доступности мест приложения труда расширяет для ищущего работу человека возможности разнообразного трудоустройства и повышения квалификации в рамках более крупной и более диверсифицированной экономики, снижает зависимость от работодателя.

Промышленные центры (Ангарск — с 41% занятых в энергетике, обрабатывающей промышленности и строительстве, Шелехов — с 54%) интегрируются со стремящимся стать постиндустриальным Иркутском, в котором почти 80% занятых работают в сфере услуг, что улучшит ситуацию в каждом из них. Ангарск и Шелехов из промышленных моногородов превратятся в промышленные ареалы Иркутской агломерации. Территории между Иркутском и Ангарском станут селитебными[6], с более высоким качеством среды. Как результат — повышение притягательности Иркутской агломерации как места работы, обучения, развлечения и проживания.

Естественно, приток "инородческого" населения создаст острые социально-политические проблемы. Понадобится компенсирующая политика региональных и муниципальных властей, направленная, преимущественно, на ассимиляцию мигрантов. Одна из ее задач — противодействовать квартальной концентрации мигрантов в пределах агломерации.

Особое внимание нужно уделить развитию городской среды. Необходимо получить так называемый "агломерационный эффект", так как только кумулятивный эффект воздействия различных факторов способен обеспечить страновую и международную конкурентоспособность Иркутской агломерации, а, значит, сохранение и развитие ее в исторической перспективе.

Ускоренное развитие агломерации будет иметь для системы расселения и позитивные, и негативные последствия.

Позитивные:

  1. Агломерация как реальная коллективная столица Иркутской области, наращивая информационно-управленческие связи с центрами высшего порядка, будет создавать предпосылки распространения услуг, информации и стандартов вниз по системе расселения, в соответствии с моделью диффузии нововведений.
  2. Развитие агломерации будет способствовать увеличению частных капиталовложений и государственных средств в проекты и программы на территории агломерации.
  3. Предусмотренное транспортное строительство увеличит доступность как трёх городов, входящих в агломерацию, так и ряда ареалов внеагломерационного пространства. В результате реальным станет территориальное расширение агломерации.
  4. Новый масштаб агломерации приведет к формированию федерального центра, обслуживающего и замыкающего на себе системы расселения и вне территории Иркутской области. Обслуживание большей площади увеличит приток в агломерацию разнообразных ресурсов.
  5. Позитивные последствия ускоренного развития агломерации за счет помощи государства будут иметь ограниченное территориальное распространение и быстро ослабевать по мере удаления от агломерации. Самым слабым уровнем системы расселения является низший — сельские населенные пункты, наиболее страдающие от депопуляции и маргинализации населения.

Негативные:

  1. Политика ускоренного развития агломерации и масштабного втягивания в ее пространство населения области может обрушить существующую систему расселения или, как минимум, лишить ее низового уровня.
  2. Усилится процесс оттока населения из нового низового уровня системы расселения, представленного, преимущественно, центрами сельских поселений.
  3. Государству станет труднее выполнять свои обязанности по социально-культурному обслуживанию всего населения области: чем реже сеть населенных пунктов, тем труднее обеспечивать выравнивание и связанность.

Развитие агломерации может создать множество проблем для внеагломерационных территорий. Особенно это относится к окраинным территориям. Следовательно, мониторинг за развитием и одновременно свертыванием системы расселения на всей территории области должен стать составной частью заявленного проекта по созданию агломерации.

IV. Цели и задачи развития Иркутской агломерации

Цель развития Иркутской агломерации — создание центра в Восточной Сибири, способного привлечь население и, за счет этого, существенно снизить темпы депопуляции. Успешное развитие агломерации в перспективе должно стабилизировать численность населения, что станет возможным только в результате скачкообразного роста качества жизни за счет прямых и косвенных эффектов постиндустриального агломерирования.

Достижение данной цели в значительной степени зависит от успешного решения широкого круга задач социально-экономического, транспортно-логистического, урбанизационного, жилищного, здравоохранительного и миграционно-натурализационного развития, а также принятия мер, лежащих в семейной, социальной, образовательной, градостроительной областях российской политики, улучшения санитарно-эпидемиологической обстановки и создания мобильного рынка труда, занятости и образования.

V. Общие принципы управления

Население — это основной ресурс и ограничитель социально-экономического развития[7]. Речь идёт как о численности населения, так и его качественных характеристиках. При этом управленческие (в особенности регуляционные) возможности влияния на демографические процессы крайне малы. Миграция достаточно чутко реагирует на политические и социально-экономические изменения, но и здесь есть четкие пределы управленческого влияния. Уровень рождаемости, характеристики здоровья населения и уровень смертности, мощность и направления миграционных потоков в значительной мере зависят от "естественных" тенденций и больших цивилизационных циклов. Так, практически во всех развитых странах доминирует модель нуклеарной семьи с одним-двумя детьми, в то время как для поддержания существующей численности населения должна преобладать модель семьи с двумя-тремя детьми. Так, направления больших и малых миграционных потоков преимущественно происходят из зон с низким качеством жизни и высокой рождаемостью в сторону стран и регионов с высоким качеством жизни и невысокой или низкой рождаемостью. Ограниченное число ареалов с высоким качеством жизни в России (Московская агломерация и Краснодарский край в его рекреационной черноморской части), являющихся наиболее притягательными для мигрантов, и малый объем "свободных людей" осложняют саму возможность переброса сколько-нибудь существенного объема населения и рабочей силы на обезлюдивающие территории Сибири, Севера и Дальнего Востока. Дефицит свободного человеческого капитала таков, что даже северная столица РФ — Санкт-Петербург в последние годы имеет хотя и положительное, но близкое к нулю сальдо миграции.

Разрабатывая управленческую модель, направленную на максимизацию численности населения Иркутской агломерации, необходимо следовать следующим принципам:

  • каждая целевая группа требует индивидуального подхода; бессмысленно планировать меры по повышению рождаемости или по привлечению мигрантов "в целом", без четкого указания, каких именно категорий, и за какой срок;
  • должно быть обеспечено комплексное воздействие на каждую выбранную целевую группу в отдельности;
  • для реальной отдачи в демографической политике члены целевых групп должны быть объектами внимания государства/общества "от рождения до смерти";
  • принимаемые управленческие решения должны располагаться на стыке федеральных, региональных и местных интересов с обоснованным расширением прав и обязательств муниципального уровня;
  • необходима дебюрократизация деятельности соответствующих институтов управления, адаптация их деятельности в интересах соответствующих групп населения;
  •  принимаемые управленческие решения должны учитывать огромный накопленный опыт (зарубежный и отечественный) регулирования численности и качества населения и, в частности, демографического и миграционного потенциала агломерации;
  • эффективность управленческих решений следует оценивать на основе анализа показателей естественного и миграционного движения населения: насколько удалось преодолеть или минимизировать негативные тенденции предшествующих лет (особое внимание — динамике смертности и адаптации мигрантов);
  • важно уметь демонстрировать заинтересованность и дружелюбность властей по отношению к мигрантам (при строгости соблюдения закона);
  • необходимо добиться соответствия законодательной базы всех уровней власти заявленной цели — росту численности населения Иркутской агломерации (т.к. существующая нормативно-правовая база не способствует ее достижению);
  • для повышения своей эффективности региональные власти должны быть готовы к принятию нестандартных решений и даже частично к опережению федерального центра в осмыслении и нормировании (в рамках существующих полномочий) демографической и миграционной политик;
  • получить желаемый результат возможно лишь при одновременном применении большинства предлагаемых мер и шагов;
  • не следует ожидать немедленной отдачи от принимаемых решений.

VI. Меры по реализации концепции

Сумму необходимых мер целесообразно разбить на четыре блока:

  • первый блок касается естественной компоненты движения населения и посвящен снижению смертности и повышению рождаемости;
  • второй блок — повышению эффективности использования существующего народонаселения и политике народосбережения;
  • третий блок — механическому движению населения: миграционным, натурализационным и интеграционным мерам;
  • четвертый блок — оптимизации системы расселения и агломерирования.

Снижение смертности. Политика снижения смертности — одна из наиболее важных мер по реализации Концепции. Успешное ее претворение в жизнь не только послужит противодействию депопуляции, но и окажется наиболее важным компонентом роста качества жизни. Такая политика может быть весьма эффективной, в первую очередь, в рамках локальных территориальных образований, коим и является агломерация, т.к. именно на территории агломерации можно сконцентрировать необходимые ресурсы, инфраструктуры и обеспечить к ним широчайший доступ.

Для снижения смертности региональные и муниципальные органы власти должны использовать следующие подходы:

  • Активнее заняться оптимизацией и модернизацией системы здравоохранения и здравостроительства, включая распространение современных средств и методов диагностики (особенно, превентивной диагностики), повышение квалификации медицинского персонала, обеспечение доступа к лекарственным препаратам последнего поколения. Осуществление указанных мер возможно не только за счет увеличения бюджетных ассигнований на медицину, но и путем внедрения современных методов управления и организации деятельности отрасли. Комплекс этих мер имеет наибольшее значение в борьбе с такими широко распространенными в современном мире заболеваниями, как онкологические, болезни органов системы кровообращения и дыхания.
  • Учитывая, что сердечно-сосудистые заболевания занимают ключевую долю в структуре смертности, необходимо, в соответствии с Концепцией демографической политики РФ до 2025 г ., "вложиться в сокращение уровня смертности от заболеваний сердечно-сосудистой системы за счет создания комплексной системы профилактики факторов риска, ранней диагностики с применением передовых технологий, внедрения образовательных программ, направленных на предупреждение развития указанных заболеваний", а также "улучшить материально-техническое обеспечение учреждений здравоохранения, оказывающих помощь, в том числе экстренную, больным, страдающим сердечно-сосудистыми заболеваниями", оснастить и обеспечить кадрами учреждения здравоохранения в соответствии с существующими стандартами, повысить доступность высокотехнологичной медицинской помощи указанным больным, а также развить систему восстановительного лечения и реабилитации этих больных.
  • Сокращать всеми средствами потребление алкоголя и наркотических веществ. Возможно, как это делается в некоторых странах, например, Норвегии, резко сократить число мест продажи алкогольных напитков, не продавать алкоголь в ночные часы, регулировать цены на алкогольные напитки с одновременной борьбой с некачественным алкоголем и алкогольными суррогатами[8].
  • Улучшать условия и обеспечивать безопасность труда. По данному показателю Российская Федерация близка к тому, чтобы возглавить печальный рейтинг стран с наихудшими показателями смертности на производстве. К сожалению, в Иркутской области ситуация в лучшую сторону не отличается. Сохранение в агломерации индустриальной составляющей ставит этот вопрос особенно остро.
  • Сокращать уровень смертности и травматизма в результате дорожно-транспортных происшествий за счет повышения качества дорожной инфраструктуры, дисциплины на дорогах, организации дорожного движения, но главное — за счет повышения оперативности и качества оказания медицинской помощи пострадавшим в дорожно-транспортных происшествиях.
  • Популяризировать здоровый образ жизни, развивать сеть спортивных сооружений, клубов и секций с удобным графиком работы — как для детей и молодежи, так и для людей среднего возраста. Развивать центры отдыха и спорта для всей семьи. Поощрять создание в агломерации отдельных и сетевых fitness-клубов и wellness-центров.

Реализация указанных выше мер позволит снизить смертность, увеличить ожидаемую продолжительность жизни. Но все эти меры не предотвратят быстрого старения населения, к которому следует готовиться уже в ближайшие годы.

Увеличение рождаемости, меры семейной политики и поддержка ответственного родительства. Материальная помощь в связи с рождением ребенка, как показывает опыт стран Западной Европы (в частности, Швеции, Германии), не способна принципиально изменить ситуацию с рождаемостью, т.е. обеспечить хотя бы простое замещение поколений. Следует понимать, что причинно-следственные связи в сфере рождаемости не столь просты, как это кажется управленцам, и не описываются формулой: "мы даем деньги — женщины рожают". Ограниченность возможностей российского государства и системы управления в целом, тем не менее, не означает отказа от использования всех возможных путей повышения рождаемости (пусть даже и ниже уровня, обеспечивающего простое воспроизводство населения). Такого рода меры дадут больший эффект именно на территории агломерации с ее значительным потенциалом в различных областях, связанных с обслуживанием населения. Они предполагают:

  • Повышение качества предоставления специальных "детских" услуг, услуг, предоставляемых, в первую очередь, образовательными учреждениями. Отдав ребенка в ясли, сад, школу, родители не должны заботиться о том, чтобы искать для своих детей учреждения дополнительного образования или нянь, репетиторов и т.п. Все услуги, за исключением наименее востребованных (кружок японского языка, занятие танцами полинезийских народов и т.п. экзотика), могут качественно оказываться в стандартных образовательных учреждениях. При этом родители готовы вкладывать значительные финансовые средства в приобретение дополнительных образовательных услуг при условии, что их личные времязатраты будут снижаться.
  • Снижение времязатратности сложившейся системы обслуживания матери и ребенка: значительное сокращение времени, которое родители вынуждены тратить при визите к врачу, посещении молочной кухни, оформлении необходимых бумаг для регистрации рождения, посещения яслей или детского сада, посещения учреждений дополнительного образования и т.д. Следует поощрять развитие инфраструктуры предоставления перечисленных услуг на дому или в школе/саду или заняться логистикой пространства агломерации на предмет ежедневных перемещений ребенка: в перспективе, по желанию родителей, медицинские, торговые, административные, художественные, спортивные, образовательные и иные услуги должны предоставляться по месту жительства или по месту постоянного обучения.
  • Обеспечение удобного для родителей графика работы образовательных учреждений, особенно учреждений дошкольного образования.
  • Поощрение реальной конкуренции на рынке детско-юношеских услуг, переход от рынка продавца к рынку покупателя: родители должны выбирать среди многочисленных и качественных услуг, а не бороться за дефицитное предложение.
  • Повышение возможностей частичной занятости для женщин, что позволит, с одной стороны, компенсировать дополнительные траты, связанные с рождением ребенка, с другой, не утратить профессиональные навыки и тем самым в дальнейшем облегчить себе возвращение в карьеру (данная мера потребует кооперации властей и работодателей).
  • Развитие занятости, не требующей присутствия работника в офисе: различного рода дистантные (через телефон и интернет) работы.

Таким образом, демографическая политика должна быть ориентирована на сохранение семьями привычного мобильного образа жизни и уровня благосостояния даже после рождения ребенка (причем его "порядковый номер" не должен оговариваться, как это делается сейчас при предоставлении "материнского капитала").

Рождение ребенка не должно "выламывать" современного человека из привычного для него и комфортного городского образа жизни. Поэтому спектр предоставляемых на дому услуг должен быть расширен с целью сохранения родителями привычного образа жизни, обеспечения доступа к социальным и культурным услугам. Особое внимание необходимо уделять городским сервисам и инфраструктурам — наличие детей не должно осложнять доступа к ключевым инфраструктурам развития, публичные места должны быть оборудованы таким образом, чтобы ребенок любого возраста мог там находиться вместе с родителями.

Политика народосбережения. Трудясь на ниве повышения рождаемости и снижения смертности нужно не забывать о существующем народонаселении.

  • Необходимо улучшать качество жизни населения за счет повышения уровня и доступности транспортного, медицинского, образовательного и иных видов обслуживания. Уровень обслуживания определяется качественными характеристиками конкретного объекта. Доступность определяется густотой инфраструктурного покрытия (временная и ценовая удаленность объектов от пользователей) и стоимостью услуги по отношению к доходам домохозяйства. Необходимо разработать и внедрить методику подсчета конкретных показателей, которые можно использовать в сфере управления.
  • Политика народосбережения должна быть направлена, в первую очередь, на слабозащищенные группы населения. Необходимо внедрять специальные программы для населения старших возрастных групп, разрабатывать меры, направленные на сохранение здоровья и продление трудоспособного периода жизни пожилых людей, развивать геронтологические образовательные программы. Необходимо внедрять программы, направленные на сирот и детей с ограниченными возможностями. Уделять пристальное внимание качеству школьного питания и психологическому климату в учебных заведениях.
  • Необходим прорыв в управлении адресностью социальной помощи. Положение дел таково, что самые незащищенные и нуждающиеся помощь не получают или недополучают. В то же время перераспределение средств от ненуждающихся в определенных видах помощи (но получающих ее по старой системе распределения) в сторону остронуждающихся способствовало бы сокращению иждивенчества и действительно поддержало бы малоимущие слои населения.
  • Особое внимание следует уделять созданию эффективной системы профилактики социально значимых заболеваний, предупреждения факторов их развития, обеспечивать безбарьерную среду обитания для лиц с ограниченными возможностями, комплексно развивать реабилитационную индустрию, направленную на обеспечение максимальной социализации лиц с ограниченной активностью.
  • Внедрять оздоровительные и реабилитационные программы по сокращению сроков восстановления здоровья после перенесенных заболеваний и травм, развивать услуги, предоставляемые местными санаторно-курортными организациями и оздоровительными учреждениями, использовать близость Байкала и планы его рекреационного освоения, активно пропагандируя моду на отдых и здоровый образ жизни в Приангарье.

Политика по повышению полезной силы существующего народонаселения. Умение властей создавать условия развития каждого отдельного человека, находящегося в любом возрасте и в различных психо-физиологических состояниях, формировать институциональные предпосылки включения индивида в производящую деятельность и культуру является важнейшим компонентом оценки эффективности управления на территории. В этой области решения управленческих задач необходимо:

  • Активно продолжать модернизацию образования, оказывать помощь вузам в деле наращивания их конкурентоспособности на международном рынке образования, существенно увеличивая количество иностранных студентов; развивать кампусную среду; искать новый формат существования начального и среднего профессионального образования, произвести модернизацию средств и форм образовательного процесса.
  • Создавать самим и поощрять создание независимыми игроками институтов управления карьерой и профессиональным образованием, делая их пространственно мобильными. "Вести" человека по жизни, вовремя предлагая ему следующий шаг развития и подхватывая каждый раз в момент, когда человек оступился — вот идеал человеко-ориентированной социальной системы.
  • Повышать социальную и пространственную мобильность населения всех возрастов и социальных групп. Мобильное население снимает структурные противоречия рынка труда, существенно уменьшает проблематику застойной бедности, более конкурентоспособно и более толерантно к мигрантам, видя в них таких же ищущих развития и выгод людей, как и они сами.
  • Способствовать созданию инфраструктуры сертификации компетенций и квалификаций, которая является неотъемлемой частью мобильности трудовых и образовательных ресурсов в страновом и международном масштабах. Такая инфраструктура позволяет использовать существующий и привлеченный на территорию человеческий капитал наиболее рационально, с наименьшими издержками и для представителей труда, и для держателей капитала.

Миграционные, натурализационные и интеграционные меры. Для привлечения временных и постоянных мигрантов в Иркутскую агломерацию и закрепления уже живущих в ней переселенцев региональные и муниципальные органы власти могут использовать следующие подходы:

  • Строительство в агломерации жилья разной комфортности и стоимости (от общежитий и квартир гостиничного типа до действительно комфортного и дорогого жилья). Расширение возможностей аренды жилья (муниципального и частного). Такие действия ориентированы на группы населения с низкими доходами, в том числе на тех из них, кто впервые выходит на рынок жилья агломерации. Названные меры помогли бы решить не только жилищные проблемы мигрантов, но и закрепить коренное население области.
  • Привлечение высококвалифицированных специалистов из других регионов путем предоставления им рабочих мест и жилья. Примеров подобного подхода немного, но они есть. Например, в Белгородской области удалось привлечь многих профессоров из соседнего Харькова и других городов (докторам наук предоставляли для проживания коттедж, кандидатам — квартиры в городе). Аналогичный механизм применял Оренбург в отношении высококвалифицированного преподавательского состава из университетов стран Центральной Азии.
  • Предоставление мигрантам (равно как и коренному населению) на правах собственности или долгосрочной аренды участков земли. Выбирать для этого зоны будущей и текущей субурбанизации. Даже при существующем архитектурном и кадастрово-регистрационном контроле можно будет построить относительно дешевое жилье. Особенно если региональные и местные власти обеспечат поселения инфраструктурой, в т.ч. связывающей эти ареалы с центральными районами агломерации. Наличие земельного участка повысит "приживаемость" мигрантов.
  • Создание условий для развития малого бизнеса, в котором наиболее активны мигранты. Крупному бизнесу надо помогать в создании временного жилого фонда (общежитий, дешевых гостиниц и т.п.) для привлекаемых из других регионов и стран работников — путем упрощения процедуры выделения земельных участков под строительство, кредитования и т.п.
  • Изменение отношения региональных и муниципальных органов власти к приезжим: от нынешнего нейтралитета к политике доброжелательного обслуживания. Необходимо активно заниматься "позитивным пиаром" области как региона, дружелюбного к мигрантам, видящего в мигрантах "не нахлебников, а партнеров" в решении социально-экономических проблем.
  • Проведение рекрутинга мигрантов в местах их проживания, не ограничиваясь уже прибывшими в область/агломерацию. Такой подход способен снизить степень неопределенности для мигранта и повлиять на его решение по выбору места проживания или работы. Привлечь к рекрутированию мигрантов посольства и консульства РФ. Во многих странах эти институты являются основными источниками информации о России и ее регионах.
  • Выбор правильного бренда крайне важен для привлечения нужных мигрантов. Выбранный бренд "Иркутск — город-миллионер" звучит хорошо и пригоден для использования во взаимоотношениях с институтами власти. Но для мигрантов и внутриобластного использования он имеет некоторые очевидные недостатки: в нем нет никакой информации, привлекательной для потенциальных мигрантов; достижение миллионной отметки потребует расширения площади агломерации; в условиях устойчивой депопуляции будет крайне трудно сохранить искомый миллион. Единственный "раскрученный" бренд, связанный с регионом, — это озеро Байкал. Рациональнее всего строить дополнительный бренд на его базе (например, "Большой город у Большого озера").
  • Сохранение привлекательности области и агломерации для мигрантов из регионов — традиционных доноров миграции. Это, прежде всего, Бурятия, Читинская область и Якутия. Необходимо содействовать учебной миграции из этих регионов, активизировать транспортное сообщение, проводить в этих регионах информационные кампании, способствуя повышению привлекательности городского пространства агломерации для молодежи из указанных регионов.
  • Поощрение привлечения студентов из-за пределов агломерации, что потребует строительства новых и модернизации существующих студенческих городков (кампусов).
  • Формирование толерантного отношения коренных жителей к мигрантам (естественно, и последние должны следовать указанному принципу). Речь идет, прежде всего, об иноязычных и иноконфессиональных мигрантах, с отличным от коренного населения менталитетом и отличающейся системой ценностей.
  • Принятие мер по сокращению оттока собственного населения агломерации в другие регионы страны. Целесообразно начать активно конкурировать за мигрантов с Красноярском, прежде всего за мигрантов из самой агломерации, а также из северо-западных и западных районов области, ориентированных в миграции, в первую очередь, на Красноярск.
  • Предоставлять мигрантам не дополнительные льготы, ухудшающие отношение к ним со стороны коренного населения, а обеспечивать реальную доступность уже существующих возможностей, прежде всего, в сфере государственного и муниципального обслуживания. Создать систему информационной и организационной помощи переехавшим мигрантам на этапе адаптации, сделать ее адресной.
  • Обеспечивать мигрантам доступ к различным уровням образования и профессионального обучения. Значительная часть мигрантов (в том числе и трудящихся) заинтересована в повышении своего образовательного уровня в силу того, что образование укрепляет их позиции на рынке труда, способствует общему увеличению заработной платы, позволяет качественнее интегрироваться в принимающий социум.
  • Эффективной мерой привлечения мигрантов является бесплатное обеспечение их образовательными услугами (в некоторых случаях обусловленное хорошей успеваемостью). Что касается учреждений начального и среднего профессионального образования, не заполняемых кадрами коренного населения, то нужно предоставлять возможность получения не только бесплатного образования, но и бесплатного содержания, с возможностью оформления части содержания в виде кредита. Эта мера способна хорошо проявить себя применительно к малообеспеченным мигрантам из стран Средней Азии.
  • Для своевременной корректировки миграционной политики следует постоянно проводить мониторинг: опросы мигрантов и их семей, переехавших в агломерацию. Также надо отслеживать миграционные ожидания населения агломерации.
  • Необходимы меры и организационного характера, в частности, предоставление миграционной службе нормального помещения для приема мигрантов и увеличение штатной численности в соответствии с реальным (прогнозируемым) потоком мигрантов.
  • Требуется осуществлять совместные программы с работодателями, заинтересованными в притоке рабочей силе. В рамках этих программ открывается возможность регулировать качественные характеристики входящего миграционного потока. Заключать соглашения о миграции с отдельными странами/регионами, что существенно облегчит сотрудничество в сфере миграции и трудовых ресурсов для бизнесменов с обеих сторон.
  • Организовать специальные льготные ознакомительные туры для потенциальных мигрантов. Такие туры могут повысить информированность мигрантов и помочь им принять мотивированные решения. К реализации привлечь туристические агентства.
  • Организовать бесплатные (малобюджетные) курсы по изучению инокультурными иммигрантами русского языка; курсы необходимо рассчитывать на различные возрастные группы, различный уровень знания языка и делать их не только индивидуально-групповыми, но и семейными.
  • Поощрять создание национальных ресторанов, продуктовых магазинов, строительство религиозных объектов различных конфессий. Обеспечить этнические меньшинства площадкой для проведения собраний, культурных мероприятий и т.д. При этом стимулировать дисперсное размещение "неславянских" мигрантов, избегать их концентрации в учебных заведениях. Обеспечить возможности погребения в соответствии со всеми канонами религиозных и национальных групп, представленных в агломерации. Создавать условия для добровольной интеграции (аккультурации, вплоть до ассимиляции).

Необходимо отметить рост значимости регионов и муниципалитетов в разработке и реализации федеральной миграционной политики. МВД РФ не проводит государственную миграционную политику, а лишь исполняет определенные ее функции: контрольную и учетную. Отсутствие на федеральном уровне других институтов власти, занятых решением миграционных проблем (в т.ч. адаптацией, интеграцией и ассимиляцией мигрантов), позволяет администрации области "сыграть на опережение". Можно использовать для этого уже действующий Координационный совет по проблемам миграции, де-факто расширив его полномочия. Логично было бы привлечь к участию в работе данного совета муниципальные власти и неправительственные организации.

Оптимизация системы расселения и ускорение процессов агломерирования. Для ускоренного и качественного развития агломерации необходимо прилагать комплексные усилия по сокращению масштабов депопуляции и усилению миграционной привлекательности региона. Эти процессы неразделимы с повышением качества жизни населения, усилением солидарной ответственности властей и жителей городов за состояние городской среды, систем социального обеспечения, за гражданский диалог и стабильную социальную обстановку.

Поэтому задачами ближайшего будущего являются:

  • Разработка новой территориальной схемы расселения с четко обозначенными зонами сворачивания поселенческого каркаса и зонами ускоренного наращивания качества жизни на базе опорных элементов сохраняемого каркаса.
  • Создание крупно-городской среды: развитие центральных районов городов, составляющих агломерацию, строительство "монументальных" зданий и комплексных микрорайонов. Должны возникать современные деловые центры и формироваться деловой ареал агломерации (down-town). Должны создаваться образовательные и культурные "единицы" высокого уровня. Должна появляться иная инфраструктура отдыха и развлечений (в т.ч. круглосуточная ночная жизнь, что особенно привлекает молодежь). Речь идет о создании ареала столичного уровня, в котором каждый желающий может почувствовать себя частью мирового города и его сумасшедшего пульса.
  • Стимулирование структурной перестройки экономики агломерации (по постиндустриальному сценарию); в первую очередь, быстрое наращивание занятости в сфере оказания услуг; развитие креативных индустрий, создание технопарков и зон разработки и внедрения инноваций.

При проведении границ агломерации необходимо использовать несколько критериев: транспортная доступность (изохронны относительно центра/-ов агломерации), "незыблемость" границ муниципальных районов (это поможет избежать конфликтов между региональными и местными властями, совместив географический и административный подходы к формированию агломерации) и представления о направлениях роста базовых и поддерживающих отраслей экономики области и агломерации.

Наименее конфликтная модель управления агломерацией — это та, которая предусматривает передачу в пользу единого органа управления только планировочных и временных дополнительных функций. Стимулирование развития агломерации не требует ее прямого "включения" в систему административно-территориального деления страны.

VII. Ограничения реализации концепции

Из всех компонентов демографической политики в наибольшей степени поддаются управлению миграционные процессы. Основные ограничения, связанные с использованием потенциала миграции в целях стабилизации демографической ситуации в Иркутской агломерации, следующие:

Миграция с другими городами и районами области.

  • Миграционный потенциал районов и городов области, по всей вероятности, ограничен молодежью и лицами пенсионных возрастов. Контингенты молодежи в ближайшие годы существенно сократятся;
  • Агломерации придется конкурировать за мигрантов из Иркутской области как со столицами: Москвой и Санкт-Петербургом — центрами притяжения мигрантов всестранового масштаба, так и с такими центрами, как Красноярск, Новосибирск, Томск, возможно, в случае развития участия России в АТР — с Приморским краем, Хабаровском, Сахалинской областью;
  • Миграция в Иркутск не позволяет радикально сменить климатические условия проживания: в этом плане он всегда будет уступать регионам юга и крайнего запада Европейской части страны.

Миграция с другими регионами страны.

  • Ослабление западного дрейфа в России вследствие исчерпания миграционного потенциала не только снижает выезд населения из Иркутской области и городов агломерации, но и снижает приток населения из более восточных регионов страны;
  • Устойчивых доноров Иркутской области и агломерации всего два: Республика Бурятия и Читинская область. Потенциальные миграционные приобретения не в последнюю очередь будут зависеть от социально-экономической и общественно-политической ситуации в этих регионах, а также от динамики демографической ситуации в них;
  • Возможности оттока населения, прежде всего амбициозной и мобильной молодежи, за пределы агломерации в другие крупные центры запада страны велики, и притягивающая сила этих центров по мере обострения трудоресурсного баланса по всей стране будет только нарастать.

Иммиграция из стран СНГ.

  • Пик миграции из стран СНГ в РФ пройден в середине 1990-х гг.;
  • Значительный потенциал миграции сохраняется только в странах Средней Азии, при этом миграционные потоки из них будут состоять преимущественно из титульных народов этих стран;
  • Сравнительно невысокая привлекательность Иркутской области для экономических мигрантов;
  • Миграция из СНГ в большой мере носит возвратный характер, особенно это касается соотечественников: люди предпочитают возвращаться в те регионы, откуда в свое время выезжали. Из Восточной Сибири в предыдущие десятилетия не было массовых переселений, а потому мала и возвратная миграция;
  • Велика удаленность Иркутской области от стран СНГ, что делает экономически затратными поездки соотечественников в Приангарье. На пути мигрантов расположены такие крупные центры, как Барнаул, Новосибирск, Кемерово, Красноярск, которые способны оттянуть на себя большую часть потока;
  • Общественное мнение не готово к массовому приему мигрантов неславянских национальностей, а властные структуры — к проведению политики по бесконфликтной интеграции мигрантов в принимающий социум. Не создана необходимая инфраструктура приема иммигрантов.

Иммиграция из стран дальнего зарубежья.

  • Основной потенциальный миграционный донор, которому практически нет конкурентов, — Китай, но к мигрантам из этой страны в России устойчиво настороженное отношение;
  • Жители Китая в большинстве своем не стремятся к переезду в Россию и, в частности, в Иркутскую область на ПМЖ. Они менее других народов склонны к интеграции в принимающий социум, и, тем более, к полной ассимиляции;
  • Между мигрантами из стран дальнего зарубежья и российским населением существуют приличная этнокультурная дистанция, и даже при желании мигрантов раствориться в социуме, обе стороны будут испытывать большие трудности; нужно рассчитывать, что для полноценной интеграции потребуется 3 и более поколений.

Вышесказанное суммировано в таблице, в которой спрогнозированы возможные объемы миграционного прироста населения Иркутской агломерации (тыс. чел.):

 

Постоянные мигранты
(всего до 2020 г .)

Временные мигранты
(единовременное присутствие)

Из других районов и городов Иркутской области

25-35

 

Из других регионов страны (Читинская область, Бурятия, Саха (Якутия))

20-40

 

Из стран СНГ

7-35

20-30

Из стран дальнего зарубежья

1,5-15

10-50

VIII. Ожидаемые результаты

Меры, предлагаемые в концепции, осуществленные последовательно, комплексно и в широкой коалиции заинтересованных субъектов развития Иркутской агломерации, в состоянии привести к:

  • сокращению депопуляции, прежде всего снижению смертности от предотвратимых причин, росту ожидаемой продолжительности жизни, сокращению отрыва по данному показателю от средних показателей по России; увеличению итоговой рождаемости до уровня 1,7-1,8 рождений на женщину;
  • замещению выезда жителей агломерации в другие регионы страны за счет миграции из других районов и городов Иркутской области, регионов Прибайкалья и стран СНГ, а по мере создания условий для бесконфликтной интеграции мигрантов — обеспечению миграционного прироста населения агломерации в целях стабилизации численности ее жителей;
  • ощутимому росту качества жизни за счет прямых и косвенных эффектов постиндустриального агломерирования.


[1] Для простоты анализа в состав агломерации авторы данного отчета включили 3 города и 3 муниципальных района (точнее, после проведения в 2007 году референдума, следует говорить о 2-х городах и 3-х муниципальных районах). С точки зрения "точности" изучения демографических и миграционных процессов, не имеет принципиального значения, включать ли в агломерацию всю территорию указанных районов или только ближайшие к 3-м городам населенные пункты. В пределах изучаемых районов практически всё население тяготеет к собственным административным центрам и столице региона. Возможно и использование так называемого "среднего варианта", предлагаемого сотрудниками Института географии Сибири СО РАН. Они включают в агломерацию только отдельные поселения, расположенные в непосредственной близости от Иркутска, Ангарска и Шелехова. Агломерация, состоящая лишь из перечисленных выше городов (3-й вариант), не очень пригодна для решения поставленных перед ней задач развития, а ее границы не совпадают с реально сложившимися.

[2] ЗАПАДНЫЙ ДРЕЙФ — наблюдаемое в евразийском масштабе с 60-х годов XX века нарастающее перемещение значительных людских масс преимущественно в западном направлении. ЗД рассматривается в двух аспектах: локальном — относительно территории России (Ж. Зайончковская), когда каждая более восточная территория является демографическим донором соседней западной; и глобальном (межконтинентальном), что превращает территорию РФ в пространство демографического транзита. На территории России ЗД пришел на смену колонизационному тренду. Если колонизация носила центробежный характер, то ЗД — центростремительный. Будучи тесно связанной с процессом освоения новых земель, колонизация детерминировала перемещение людских потоков в основном в восточном и юго-восточном направлениях. Слом колонизационного тренда обозначил начало движения населения страны в обратном направлении — с востока на запад, из недавно обжитых малонаселенных территорий Зауралья в староосвоенные регионы центральной и южной частей Европейской России. ЗД, разворачивающийся на территории России, является частью грандиозного антропотока, который в границах РФ проявляется, с одной стороны, через действующий со стороны Запада "кадровый пылесос", с другой — через демографическое давление со стороны стран Юга. (Глоссарий archipelag.ru)

[3] ФИТНЕС-РЕВОЛЮЦИЯ — массовое общественное явление, связанное с последним этапом эпидемиологического перехода. ФР является последствием культурной революции, произошедшей в 60-е годы ХХ столетия в западном мире и пропущенной нашей страной. ФР — это система реабилитации человека после тяжелейших условий индустриального проекта. В первую очередь, ФР означает революцию в сознании "среднего" человека, озабоченного собственным здоровьем и готового тратить на его поддержание (сохранение, восстановление) свое время и личные средства. В связи с чем ФР породила специализированную культуру потребления (спрос на услуги разного рода фитнес и SPA-центров, спортивных клубов, аквапарков, психотерапевтических групп, центров нетрадиционной медицины и проч.) и новые линии товарного предложения (экологическая косметика и предметы гигиены, спортинвентарь, спортивная одежда, экологически чистые продукты питания). ФР создала новую моду и предложила новые стили жизни, в формировании которых принимали участие звезды Голливуда и элита мирового шоу-бизнеса в целом. ФР предъявила новые требования к физическому состоянию сотрудника корпорации и повлияла на корпоративную культуру. ФР была одним из ключевых источников экологического движения. Воспользовавшись энергией ФР, глобальные фармакологические концерны инсталлировали культуру массового потребления медикаментов и разного рода пищевых добавок, приучив обывателя к бесконечному приему препаратов. Такое развитие событий позволяет нам различить ФР и фармакологическую контрреволюцию. Реакцией на ФР, видимо, является Х-спорт (экстремальные виды спорта). Можно предположить, что следующим шагом человечества в борьбе за рост продолжительности жизни станет биоинженерная революция. (Глоссарий archipelag.ru)

[4] Вопрос о продуктивности конкуренции территориальных единиц в рамках одной страны, если судить по западной литературе, не имеет однозначного ответа. Это же справедливо в отношении политики поддержки крупнейших центров/агломераций. В тех странах, где такая поддержка проводится, региональная политика обычно включает компенсирующее развитие депрессивных и слаборазвитых территорий. Но западный опыт нельзя переносить на отечественную почву напрямую. Он актуален для территорий другого уровня и другой плотности освоения (см. Приложения группы Б).

[5] Это необходимо, в первую очередь, для самих региональных элит, ибо Иркутская агломерация пока уступает другим полюсам роста своего уровня и, что особенно важно, ближайшему Красноярскому полюсу.

[6] СЕЛИТЕБНАЯ ТЕРРИТОРИЯ — часть планировочной структуры города. Такая территория включает: жилые районы и микрорайоны; общественно-торговые центры, улицы, проезды, магистрали; объекты озеленения. Располагается по отношению к промышленной и коммунально-складской зонам с наветренной стороны (по преобладающему направлению ветров) и выше по течению рек. На селитебной территории могут размещаться коммунальные и промышленных объекты, не требующие устройства санитарно-защитных зон.

[7] В процессе публичного обсуждения проблем развития Иркутской агломерации особый упор был сделан на достижение миллионной численности населения. Действительно, численность населения, её предполагаемая динамика во многом определяют все остальные аспекты социально-экономического развития агломерации. Именно поэтому работа по демографическим и миграционным проблемам агломерации была выбрана в качестве стартовой в рамках реализации проекта. В конечном счёте, именно выводы данного исследования позволят обосновать возможные направления и ограничения развития Иркутской агломерации.

[8] При всем известном скепсисе, выражающем простую мысль, что в этой сфере любые ограничения заканчиваются только ухудшением общей ситуации, подчеркнем лишь одно положение: опустить руки и пустить ситуацию с алкоголизацией населения на самотек — действительно, было бы преступлением.

Актуальная репликаО Русском АрхипелагеПоискКарта сайтаПроектыИзданияАвторыГлоссарийСобытия сайта
Developed by Yar Kravtsov Copyright © 2018 Русский архипелаг. Все права защищены.