Главная −> Геокультура −> Религиозные миры −> Пределы светскости −> Феномен новых религиозных движений
Михаил Жеребятьев, Всеволод Феррони

Феномен новых религиозных движений

Обвинения в "разрушении семьи" могут быть адресованы любым "традиционным" конфессиям, т.к. стиль жизни верующего, институционально вовлеченного в жизнь любой религиозной общины, кардинальным образом отличается от светского образа жизни

Новые религиозные движения, аббревиатура «НРД» (New Religious Movement, англ.) — академический, нейтрально окрашенный термин, вошедший в научный обиход во второй половине ХХ в. Для характеристики мировоззрения, свойственного носителям НРД, иногда употребляется другое понятие — «нью эйдж», «новый век» («New Age», англ.), хотя также возможна и трактовка «нью эйдж» как самостоятельного течения внутри НРД (см., например, формулировку в одноименной статье словаря-справочника «Новые религиозные культы, движения и организации в России»: «В основе движения лежит идея нового века, качественно другого периода в развитии человечества в отличие от предшествующего века, неудачного во многих отношениях»[1].

Термин «НРД» применяется для обозначения и характеристики религиозных и/или квазирелигиозных течений, отличающихся от обычно именуемых «традиционными», а также «сформировавшимися»/ «устоявшимися»/«историческими» конфессиями/религиями. В дальнейшем мы будем в основном оперировать термином «традиционные» конфессии/религии как наиболее часто употребляемым из приведенного ряда смежных понятий.

Поскольку не существует однозначного определения и, соответственно, четких критериев конфессиональной/религиозной «традиционности», мы попытаемся определить это понятие, исходя из наиболее часто приписываемых ему признаков.

Итак, в числе отличительных характеристик «традиционных» конфессий/религий обычно упоминаются:

1) некая продолжительная история их существования (чаще всего в литературе по проблеме НРД на русском языке эта история привязывается к определенному этносу; т.е. рассматривается не просто православие как ветвь христианства, а русское, или греческое, или сербское православие, не просто католицизм, а польская, или испанская, или итальянская его версии);

2) внутренняя цельность, целостность, оформленность и даже «завершенность» вероучения «традиционных» конфессий/религий в том смысле, что к имеющемуся арсеналу их доктринальных положений уже ничего нельзя прибавить, что, следует заметить, не вполне соответствует действительности (так, например, Римско-католическая церковь, «традиционность» которой трудно оспаривать, в XIV в. после длительного перерыва возобновила практику догматотворчества, сохраняющуюся по сей день);

3) устойчивость религиозных практик «традиционных» конфессий, прежде всего культовых (ритуальных);

4) институциональная выстроенность организаций (не всегда по иерархическому принципу, как, например, в ряде протестантских деноминаций), а также система внутренней дисциплины, имеющая место в «традиционных» конфессиях/религиях, что делает возможным воспроизводство на протяжении длительного исторического периода хотя бы относительного единства конкретных религиозных организаций (для версий христианства — церквей);

5) в отношении «традиционных» конфессий/религий (особенно в российской публицистике) часто упоминается «укорененность» их «духа» в национальных языках, этнокультурных стереотипах, «менталитете», передающихся в некоем неизменном виде из поколения в поколение;

6) при характеристике «традиционности» акцентируется также «привычность», «знакомость» форм внешнего проявления деятельности «традиционных» конфессий, не вызывающая резкого неприятия у носителей современного массового секуляризованного сознания;

7) в ряде характеристик «традиционных» конфессий/религий также делается акцент на их мировом характере, хотя, следует заметить, что и НРД также могут изначально возникать как разновидности мировых религий (религия Бахаи) или претендовать на подобный статус (наиболее известный пример этого ряда — Церковь Объединения Муна).

Cответственно, среди признаков НРД можно указать на:

1) сравнительно короткий промежуток времени существования этих течений/конфессий/религий;

2) меньшую по сравнению с «традиционными» конфессиями/религиями степень сформированности, вплоть до аморфности, их вероучений вкупе с попытками соединить различные культурные и религиозно-доктринальные традиции (претензии на синтез мирового религиозного наследия);

3) стремление объединить фундаментальную науку, художественное наследие, религию и современные технологии для достижения «высших» целей (Интегральная Йога Шри Ауробиндо Гхоша), что в перспективе должно привести к «снятию» любых конфликтов, прежде всего социальных;

4) стремление «расширить» естественные возможности индивидуального сознания посредством применения разнообразных как старых, так и новейших психотехник или их имитаций (примеры: дианетика, т.е. «технология, вскрывающая причины нежелательных ощущений и эмоций»[2]), основу которых составляет страх (в Сайентологической Церкви Р. Хаббарда), йогические по своему происхождению техники в Трансцендентальной медитации и т.п.

5) НРД вызывают практически однозначную негативную реакцию «традиционных» конфессий. Последние видят в них серьезного конкурента, даже несмотря на реальную невысокую степень распространения конкретных НРД и их зачастую негативный имидж, сформированный, что немаловажно, под влиянием СМИ, экспертами которых чаще всего выступают представители «традиционных» конфессий. Такого же рода аргументами могут руководствоваться и властные структуры. Довольно показательна в этом отношении история ликвидации органами юстиции религиозной организации «Шатер Моисея» со ссылкой на несоответствие нового прочтения вероучительных положений иудаизма, предложенного «шатровцами», тем, которые имеют распространение в «традиционных» направлениях иудейской религии. В итоге отказ в перерегистрации дал основание руководителям этой организации просить власти США предоставить им право на въезд в страну по причинам религиозной дискриминации у себя на родине.

Таким образом, неприятие НРД может служить почвой для возможных временных альянсов «традиционных» конфессий, по большинству доктринальных позиций расходящихся и конфликтующих между собой.

С точки зрения институционального оформления, НРД представлены многообразными формами — от клубов по интересам с нефиксированным членством и центров по оказанию ритуальных или «духовных» услуг населению до практически полноценных культов, деноминаций, церквей. Последнее обстоятельство вызывает споры вокруг правомерности употребления слова «движение» при характеристике некоторых НРД, т.к. среди отличительных особенностей НРД, как было указано выше, выделяется признак организационной аморфности. Возможно, что именно это отставание теории и терминологии, в которой она была выражена, от реальной ситуации, дало возможность антикультистски ориентированным исследователям подменить понятие НРД терминами неопределенного значения — «тоталитарная секта» или «деструктивный культ». Следует отметить, что развернутая отечественными антикультистами массированная пропагандистская кампания против НРД активно внедряла в массовое сознание именно эти термины.

В связи с этим следует заместить, что употребляемое противниками НРД словосочетание «тоталитарная секта» в качестве синонима НРД не выдерживает критики, т.к.:

1) является не научным термином, а публицистическим штампом, поскольку носит оценочный характер, недопустимый в научном исследовании;

2) по своей семантике не соответствует реальному институциональному устройству и организационным формам значительной части НРД.

Соответственно, неопределенность словосочетания «тоталитарная секта» приводит к возможности его применения к абсолютно любым религиозным направлениям. Так, деятельность Римско-католической церкви, «нетрадиционной» для восточнославянских средневековых государств, в современной России может трактоваться как проявление одного из НРД, а, соответственно, сама католическая церковь — как «тоталитарная секта». В православном катехизисе, изданном в 2003 г. Мурманской епархией Русской православной церкви Московского Патриархата, католичество впрямую называется «антихристианской неоязыческой сектой»[3].

Подытоживая вышесказанное, мы можем выделить, как минимум, три возможных варианта употребления термина НРД:

1) для характеристики возникших во второй половине ХХ в. религиозных движений и настроений, объединяемых понятием «нью эйдж» (НЭ) (термины НРД и НЭ в данном случае используются как синонимичные);

2) для характеристики религиозных движений, вышедших за рамки доктринальных положений «трациционных» конфессий и/или сознательно противопоставивших себя им, подобно тому как бахаизм, возникший и оформившийся в лоне ислама, противопоставил себя, пусть даже в мягкой форме, бытовавшим на тот момент доктрине и практике мусульманства;

3) для характеристики любого религиозного движения, не являющегося «традиционным» для данной нации, страны, культуры, территории. Последнее употребление термина, как мы уже отметили, не является корректным, т.к. в пределе к нему могут быть отнесены любые религиозные образования, кроме, разве что, родоплеменных.

Классификация НРД

Основным критерием данной классификации — по источникам своего происхождения — является соотнесенность доктринальных положений НРД с теми или иными традициями. Исходя из этого критерия, можно условно разделить НРД на несколько групп:

1) «вторичные» протестантские (второпротестантские) объединения — Свидетели Иеговы, Церковь Иисуса Христа святых последних дней (мормоны), Церковь Христа («Бостонское движение»);

2) псевдохристианские движения (Церковь Объединения Муна, Церковь Последнего Завета Виссариона, Белое братство);

3) сайентологические культы («Христианская наука», Церковь сайентологии Рона Хаббарда, Клонэйд, Движение Белых экологов и т.п.);

4) нео— и квазиориенталистские школы и культы («Живая этика» (Агни-йога), Общество Сознания Кришны, Трансцендентальная медитация, Аум-синрикё, Сахаджа-йога и т.п.);

5) неоязыческие организации и культы. Наиболее яркие примеры этого ряда — церковь «Рiдна Украiнcька Нацiональна вiра», cокращенно «РУНвiра», возникшая и оформившаяся среди украинской диаспоры, а с распадом СССР получившая распространение и на Украине; движение «Звенящие кедры России», которое представляет собой попытку организационно воплотить идеи современной сказки о девушке Анастасии, живущей в согласии с природой и в силу этого обладающей сверхчеловеческими способностями; культ омских «староверов-инглингов», вероучение которых базируется на реконструированных последователями этого течения славянских и «общеарийских» религиозных источниках, а посему не имеет ничего общего с историческим русским старообрядчеством (староверием)[4].

Второпротестантские течения возникли вследствие предоставляемой протестантизмом свободы толкования Библии, в результате чего стал возможен отход от основных догматов христианства. В некотором роде эти конфессии продолжают линию внутрихристианских ересей периода Вселенских соборов, с одной стороны (монофизитские и монофелитские направления), с другой — периода становления раннего протестантизма (анабаптизм в Западной Европе и арианство в Речи Посполитой).

Псевдохристианские направления НРД характеризуются стремлением объединить христианство с мировосприятием, свойственным восточным религиям. При этом и христианство, и восточные религии трактуются с позиций «многознающего», мудрого и доброго экологически мыслящего современного человека. Псевдохристианским направлениям свойственны:

а) наукообразность изложения вероучительных принципов;
b) эсхатологические и мессианские мотивы;
с) наличие харизматического лидера, «живого Бога», призванного нести человечеству новое откровение.

Сайентологические культы (от лат. scientia, наука) — эклектичные вероучения, стремящиеся к сочетанию религиозных представлений и псевдонаучных концепций. В современном варианте для них характерно восприятие научных данных прежде всего в качестве основания для вероучительных доктрин. Их генезис восходит ко второй половине XIX в. Американка Мэри Бейкер-Эдди, пациентка и последовательница известного «целителя» Ф. Куимби, который считал, что любые болезни излечимы по примеру Христа, сформулировала принципы исцеления одним «духовным воздействием», без применения лекарств. Эти принципы были сформулированы М. Бейкер-Эдди в книге с говорящим за себя названием «Наука и здоровье. Ключ к Священному Писанию». Согласно изложенным ею принципам, истинной реальностью обладает только Бог, а человеческие страдания, в том числе телесные, иллюзорны, и потому излечимы посредством исключительно осознания этого факта. Более современные версии сайентологических культов рассматривают христианство лишь в качестве одного из сегментов мировой культуры, предлагая человеку избавиться от страхов и тревог с помощью определенных духовных, интеллектуальных, физических и психологических тренингов.

Нео— и квазиориенталистские культы представляют собой «перевод» восточных учений на доступный западному секуляризованному мышлению язык. Их отличает анти-интеллектуалистическая направленность и акцент на медитативное высвобождение духовных «внутренних возможностей» человека.

Неоязыческие организации и культы, основанные на попытке реконструкции «исконных» этнических форм духа и религии, в современных условиях акцентируют экологическую проблематику со ссылкой на мирное сосуществование предков с природой («золотой век»), основой которых было языческое миросозерцание. Именно в неоязычестве среди всех других НРД наиболее сильно выражена политическая составляющая.

Отличительные черты НРД в целом

Исходя из предложенной классификации, можно выделить отличительные черты НРД как явления религиозной жизни.

A. Попытка сплава (fusion) политеизма (восточные культы) и монотеизма (авраамическая традиция), приводящая к актуализации пантеистических мотивов — «всё есть единое». Отсюда — акцент на экологической проблематике и здоровом образе жизни, явно или латентно присущий практически всем НРД; в качестве примера можно привести используемую в идеологии нью-эйдж концепцию «Геи-Земли» (Лавлок–Маргулис), получившую устойчивый научный статус. В качестве ее российских аналогов можно рассматривать концепции «русского космизма», в том числе имеющие естественнонаучные основания учения В.И. Вернадского, А.Л. Чижевского, К.Э. Циолковского, А.И. Опарина. Практическим квазирелигиозным воплощением этих идей на российской почве стало живо-мессианское движение Порфирия Иванова «Детка», возникшее еще в позднесоветский период. В качестве других — более современных — примеров можно указать на движение «Звенящие кедры России», возникшее на основе текстов Владимира Мегре (В. Пузикова) и организацию «Движение белых экологов». На пантеистический характер мировоззрения «Звенящих кедров России» указывает, например, декларируемая в книгах В. Мегре идея о том, что все вещи являются «окаменевшими мыслями Бога».

B. «Модернизированные» — по сравнению с «традиционными» — формы организации НРД, среди которых существенную роль играют горизонтальные связи вместо иерархической вертикали. При этом, как уже указывалось выше, не следует забывать, что и ряд «традиционных» конфессий предпочитает горизонтальные структуры вертикальным (позднепротестанские деноминанации, такие как баптисты, пятидесятники, конгрегационалисты, а также некоторые буддистские направления). В рамках НРД типичные примеры «горизонтальной» структуры представлены «Христианским содружеством», а также рядом нью-эйджевских направлений. Наиболее типичный отечественный пример — состояние виссарионитского сообщества за пределами минусинской коммуны во второй половине 1990-х — начале 2000-х гг.

Другой характерной формой организации НРД является харизматический культ (Белое братство, Церковь Последнего Завета Виссариона в минусинской коммуне, Церковь Объединения Муна) с явно выраженной фигурой лидера.

С. Использование новейших средств коммуникации, форм миссионерства, пропаганды и рекламы вероучения, среди которых можно выделить:

1. Создание альтернативных законам макросоциума коммун-поселений (в 1962 г. первое нью-эйджевское поселение Хиндхорн появилось в Шотландии), программа развития Города Рассвета, Города Человеческого Единства (Ауровиля), осуществляемая последователями Интегральной Йоги Шри Ауробиндо Гхоша, а также аналогичная программа Церкви Объединения Муна, предусматривающая создание порядка сотни коммун на территории Аргентины.

2. Семинары, практические и лекционные курсы, в том числе виртуальные. Эта особенность НРД послужила причиной широкого распространения среди антикультистов представления о НРД как о «коммерческих культах», хотя значительный элемент коммерциализации присущ «традиционным» религиям, что, как и в случае с НРД, обусловлено социально-экономическими условиями: церкви, будучи в том числе и социальными институтами, живут по тем же самым законам, что и другие общественные образования.

3. Изначально выбранный НРД курс на инструментальное использование в целях распространения вероучения, как уже сложившихся в макросоциуме образовательных институтов (государственных, муниципальных и негосударственных), так и создание альтернативных светских (!) учебных заведений с претензией на равный существующим образовательным учреждениям статус (система вальдорфской педагогики, факультативные курсы Церкви Объединения Муна по вопросам семьи и брака, обучающие курсы дианетики, рэйки и т.п.).

4. Наукообразие в изложении доктринальных положений, рассчитанное на адекватное понимание современным секуляризованно-рациональным массовым сознанием. Любопытно, что рационализированный стиль изложения характерен сегодня даже для сугубо магических и оккультных практик (всевозможные школы астрологии, хиромантии, практической магии и т.д., и т.п.). Истоки данной тенденции прослеживаются с середины XIX в. с момента написания вышеупомянутой программной книги Мэри Бейкер-Эдди «Христианская наука».

D. Неразделенность общественной, религиозной и политической деятельности НРД. Так, например, нью-эйджевские организации стремятся к сращиванию и, в конечном счете, полной идентификации с государственными и, прежде всего, надгосударственными структурами. В качестве примеров можно привести нью-эйджевские по своему происхождению организации «Граждане планеты» и «Добрая воля мира», офисы которых располагаются непосредственно в комплексе зданий ООН, а также группу Конгресса США по планированию будущего, созданную по инициативе конгрессмена от штата Северная Каролина Чарльза Роуза[5]. Кроме нью-эйджевских направлений эта линия получила свое развитие и в квазиориенталистской Интегральной Йоге, проект которой по созданию Ауровиля был поддержан ЮНЕСКО и индийским правительством. Под эгидой Церкви Объединения Сан Мён Муна существуют и действуют многочисленные общественные фонды, наибольшую известность среди которых имеют фонды поддержки семьи и семейных ценностей.

Пожалуй, наиболее яркие отечественные примеры — «Партия коммунистов “Единение-Всеволод”» (название говорит само за себя!), возникшая в Волгограде в 1990-е гг., Церковь Божьей Матери Преображающейся, а также различные направления неоязычества. В более «академичной» смягченной форме эта тенденция характерна для «Живой этики».

Все эти течения отличаются выдвижением и разработкой глобальных проектов обустройства России и мира, прежде всего на экологических началах, зачастую перекликающихся с не получившими властной поддержки экологическими инициативами, выдвинутыми признанными авторитетами в той или иной области. Так, например, «Звенящие кедры России» выступают с инициативой наделения граждан-добровольцев «родовыми поместьями» площадью в 1 га сибирской земли, что отчетливо напоминает идею А.И. Солженицына об обустройстве России путем поощрения государством освоения дальневосточных и сибирских территорий широкими массами населения.

Е. Претензия на создание религии с изначальным статусом мировой. В качестве своеобразной точки отсчета в этом отношении можно рассматривать возникновение религии Бахаи, которая в ее современном выражении обладает большинством признаков НРД. Из отечественных примеров можно указать на активную миссионерскую деятельность Виссариона за пределами России в период становления Церкви Последнего Завета.

F. В связи со всем вышеперечисленным НРД отличаются более высокой степенью социальной мобильности по сравнению с «традиционными» конфессиями/религиями.

Итоговые замечания

1. В реальной практике связанные с НРД правовые проблемы возникают на двух уровнях. С одной стороны, защита гражданских прав и свобод самих организаций НРД и их адептов, с другой стороны, «защита» от «агрессии» НРД, которая трактуется антикультистами прежде всего в плане их потенциальной культурной экспансии. Все же остальные «обвинения» в адрес НРД носят преимущественно характер домыслов в форме гипотетических выводов из их якобы принципиальной культурной «ино/чужеродности». Криминальный контекст упоминания НРД не соответствует реальной вовлелеченности организаций HРД в деятельность, вступающую в противоречие с законом. Наиболее часто упоминаемый в этом контексте знаменитый поход «Белого братства» к Софии Киевской, результатом которого явился судебный процесс над лидерами движения, носил преимущественно символический характер. Обвинения в «разрушении семьи» по адресу таких организаций, как Свидетели Иеговы, Церковь Объединения или Московская Церковь Христа могут быть адресованы любым «традиционным» конфессиям, т.к. стиль жизни верующего, институционально вовлеченного в жизнь любой религиозной общины, кардинальным образом отличается от светского образа жизни.

2. В процессе осмысления феномена НРД также возникает два рода проблем. Первая — социальная — представлена системой отношений участников процесса взаимодействия в «треугольнике»: государство — «традиционные» конфессии/религии — НРД. Вторая — культурная — проистекает из фрагментированности образа мира в современном массовом сознании, связанной с так называемым состоянием постмодерна (Ж.Ф. Лиотар). Она представлена системой отношений «НРД — их реальные и потенциальные адепты».

Первый род проблем озвучивают обычно НРД и правозащитники, вторую — «традиционные» конфессии, прежде всего РПЦ, антикультисты и политические консерваторы (националисты, коммунисты и претендующие на статус «центристских» российские «партии власти»; исключение в этом ряду составляет лишь «Единая Россия», чье внимание сосредоточено на иных проблемах).

Российское государство, призванное обеспечивать равенство «соперничающих» сторон на всех уровнях, на деле либо устраняется от проблемы, либо, чаще сего пассивно, принимает сторону сильнейшего.

Рекомендуемая литература

Бауэр В., Дюмоц И., Головин С. Энциклопедия символов. М., 1995.
Боа К. Лабиринты веры. Литтл П. Путь к истине. М., 1992.
Буайе Ж. Ф. Империя Муна. М., 1990.
Бхактиведанта Свами Брапхупада. Бхагавад-Гита как она есть.
Гуревич П.С. Нетрадиционные религии на Западе и восточные религиозные культы. М., 1985.
Книга мормона. — Солт-Лейк-Сити, 1988.
Митрохин Л.Н. Религиозные культы в США. М., 1984.
Перкинс М., Хейнсворт Ф. Вера Бахаи. СПб., 1993.
Рерих Н. К. Твердыня пламенная. Рига, 1991.
Рерих Н. К. Врата в будущее. Рига, 1991.
Слово Виссариона, являющего последний завет… М., 1993.
Холл Мэнли П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцерской символической философии. Новосибирск, 1997.
Энциклопедия для детей. Т.6. Ч. 2. Религии мира. М., 1999.


[1] Словарь-справочник «Новые религиозные культы, движения и организации в России – М.: РАГС, 1998. С. 167.

[2] Там же. С. 118.

[4] Судебные инстанции в 2003–2004 гг. ликвидировали, т.е. лишили статуса юридического лица, многоуровневый религиозный центр инглингов в Омской области за использование свастики в качестве ритуального символа.

[5] Боа К. Лабиринты веры//Боа К. Лабиринты веры. – Литтл П. Путь к истине и над структурных подразделениях ООН. – Russian Edition. 1992. С. 234.

Источник: Информационно-аналитический центр "Сова", 2005 г.

Актуальная репликаО Русском АрхипелагеПоискКарта сайтаПроектыИзданияАвторыГлоссарийСобытия сайта
Developed by Yar Kravtsov Copyright © 2016 Русский архипелаг. Все права защищены.